Казалось - бы, всё было как всегда. Тёмная ночь, кладбище, с множеством уже давно заброшенных могил, звёзды, едва различимые в ветвях множества деревьев, на сколько я помню, в основном берёз да тополей, и растерзанное тело какого - то человека, распятого на огромной, могильной плите. Всё как всегда, лишь за небольшим исключением, сегодняшнее тело, на которое я сейчас смотрел, это была не моя работа, это кто - то другой старательно передавая мой почерк, пытается занять моё место. Ну, нет - нет, конечно же я не про кладбище говорю, оно большое и мест здесь много, выбирай какое хочешь, нет, в этой нашей жизни есть и другие места, занимать которые не рекомендуется, да что там не рекомендуется, занимать их просто опасно. Интересно, кто этот наглец, как он только решился на это, или может быть, это она. Не важно, рано или поздно, на этом самом месте будут снова находится два человека, один из которых будет кутаться в куртку, ёжась от ночной прохлады, а второй, он будет смотреть на далекие искорки звёзд, безжизненными, мёртвыми глазами, с огромной, тёмной, могильной плиты. Ну, ладно, подумалось мне, не сегодня, тогда может потом. Я скинул с плеча какого то человека, совсем недавно его поймал, прямо здесь, совсем недалеко от кладбища. Сегодня ему повезло, уже через несколько часов его найдут, связанного, испуганного, будут задавать множество вопросов, на многие из которых он не сможет ответить, а мне нужно идти, кто - то неизвестный сегодня тоже задал мне вопрос, всего один, и ответа на него у меня пока не было.
Похолодало. Я достал из кармана мобильный телефон и посмотрел на экран, пятый час ночи. Какое хорошее время, а я занимаю его какой то ерундой, мало того, что сидя в засаде я свечу телефоном на право и налево, так ведь ещё и просто бездельничаю. Какой это уже день, пятый, шестой? А результат!? Результата никакого не было, а ещё, меня больше всего удивило то, что здесь не поставили какой - нибудь пост, ну конечно, найти распятого на могиле покойника, выпотрошенного как на зверобойне, рядом связанного человека, совершенно не понимающего, что тут произошло и какую роль во всём этом играет он, и никакого поста, даже никакого нарядика, проходящего тут хотя бы один раз за ночь, а ведь в первую ночь я опасался прежде всего этого. Холодно. Хочется есть, да и вообще, устал я уже, безделье, типа этого, могут запросто выбить из колеи. Да и поздно уже, вряд ли уже сегодня кто - то появится, нужно собираться и идти домой, тем более, нужно ещё заточить нож, ведь завтрашней ночью снова кто - нибудь должен умереть.

Серая, кирпичная стена, днём она скорее всего была красной, хотя, старая стена какого то склада, или завода, мне кажется, что и днём, она была такой - же, унылой и серой, как и сейчас. Ночью, вообще всё было серым, но почему то это никогда не делало ночь некрасивой, скорее даже наоборот, всё разнообразие серого и чёрного, делали ночь самым красивым временем суток. Конечно, все эти огонёчки уличных фонарей, освещённые окна домов, проблески рекламы и автомобильных фар, всё это в какой то степени украшало ночь, но лишь посредственно, скорее даже чересчур. Звёзды и луна, вот то единственное, что могло украшать ночь, а всё остальное, оно только мешало, разгоняя полумрак, отодвигая тьму по каким то углам, показывая то, что не нужно было видеть. Вот и сейчас, мне показалось, что человек, за которым я так долго шёл, что то почувствовал, может быть это животные инстинкты, а может быть, он заметил меня и испугался. Это было неправильно, нет, заметив меня он конечно должен испугаться, для этого у него есть все основания, неправильно было то, что он смог меня заметить. Он ускорил шаг, стал оглядываться, побежал. Ладно, что тут поделаешь, живи, ночь ещё только начинается, я ещё успею найти того, кого убью, на большой, тёмной, могильной плите. Я спрятал нож в чехол на поясе и пошел обратно, в сторону метро, ночь ещё только начиналась.

Фу, устал как собака. Люди пошли какие то нервные, чуть что не так, сразу бежать, чуть где то мелькнуло, звать на помощь. Ну, и как после этого на них охотится прикажете. Но всё же, охотится пока было на кого, и этот человек, на моём плече, был хорошим доказательством этого. Я подошел к кладбищу, идти осталось недолго, минут десять, максимум пятнадцать, но так ведь было бы слишком просто. Я прошел через калитку, она чуть скрипнула, заставив меня насторожиться, нет, вроде всё тихо, вроде никого нет, да и кому тут быть в три часа ночи, только мёртвым, да таким же маньякам как я. Однако, чтобы не перейти из одной категории в другую, мне приходилось всё время бояться. Я усадил свою будущую жертву под большое дерево, ничего - ничего, он без сознания, связан и рот заклеен пластырем, не убежит, не закричит. Сам же я тихонько пошел к излюбленному месту, вроде всё тихо, я присел, замер, пристально вглядываясь в силуэты крестов, памятников, могильных оградок и реденьких деревьев. Тихо. Не ветка не хрустнет под чьей ни будь ногой, не шороха одежды, конечно же никто не светил экраном мобильного телефона, только я мог позволить себе такую глупость. Я пошел назад, дело сделано, не до конца правда, я шел привычным путём, так, как было идти удобно, вот одна знакомая могилка, я присел, леска с продетыми на неё пустыми, консервными банками лежала под скамейкой, отлично, я протянул её поперёк тропинки, закрепив второй конец на железной оградке, растащил четыре банки по разные стороны, две в одну, две в другую, сигнализация не хитрая, но работала исправно, ещё одна тропинка вела к моему любимому месту, и там тоже у меня имелся сюрприз, а всё почему, да потому, что страшно, мёртвые то они что, они не кусаются, а вот живые, эти ещё как.

Ну, вот. Я оценил проделанную работу, да вроде всё было отлично, не подкопаться. Человек лежал на могильной плите из чёрного гранита, или мрамора, не знаю, не разбираюсь в этом, руки и ноги привязаны верёвками к могильной ограде, крепко, я проверял, шапка на глазах, сверху капюшон, ну сбились немного пока тащил, пока проверялся. Я поправил капюшон и стянул с него шапку, вот тыж ведь, совсем молодой, лет восемнадцать наверное. А что поделаешь, вот так вот бывает, жизнь сложная штука, идешь бывает по улице, а тебя машина сбивает, насмерть, или маньяк какой нападет, тут как бы даже варианты можно рассмотреть, но обычно тоже, насмерть, и никто не спрашивает твой возраст, хочешь ты умереть, или не хочешь, это просто жизнь делает свою работу. Хотя, а почему бы и нет, почему не порвать эти стереотипы и пойти другим путём, всё же я не машина, не железный.
- Ну, здравствуй. Поговорим? Ты главное не кричи, а лучше вообще молчи и на вопросы отвечай. - Я достал из кармана маленький фонарик и посветил ему в лицо. - Глазками моргни, если понял.
Он заморгал глазками, ну вот и пойми его теперь, от страха это он, или действительно понимает меня, уточнять может в следующий раз, ну если он конечно будет, сколько раз моргнуть, понял - три раза, не понял - шесть, вот интересно, в его состоянии есть шанс перепутать, скажем «не доморгать», или наоборот, «переморгать лишнего». Я достал из чехла нож, остро отточенный, с причудливой рукояткой, приставил к его горлу, пусть почувствует, холод стали, остроту клинка, и то, в каком положении он сейчас находится.
- Думаю, мы договорились. - Я отлепил с его рта широкий, медицинский пластырь, не доверял я что то скотчу и всяким там сопливым платкам, носкам и шарфикам, пластырь намного надёжнее. Лежит, не шевелится, глазами моргает, облизывает губы, это хорошо, а то началось бы сейчас, "Не нужно", "Не убивайте", "Ничего не видел, никому не скажу", ненавижу, вот слово бы вякнул, прирезал бы сразу.
- Сколько тебе лет - то, человек? - Да, это единственный вопрос, который меня интересовал, угадал - не угадал, вот это и всё, что меня сейчас занимало.
- Кшш - шкш - шшк. - Он откашлялся, облизал губы. - Девятнадцать. Завтра. Будет. Исполнится. - Он сделал паузу, и очень тихо добавил. - Наверное.
- Вот как печально то... - Я задумался, "Наверное", слово то какое хорошее.
Я расстегнул на нем куртку, взял нож поудобнее и зажал ему рот ладонью, он сразу как - то напрягся, начал ёрзать, замычал, я посмотрел ему в глаза, какие - то тусклые, печальные, до краев полные слез, подношу к его глазам свободную руку, стараясь не задеть его ножом, он зажмуривается и слезы текут по щекам.
- Да помню я, помню, день рождения, завтра, девятнадцать. - Два сильных удара ножом, он пытается выгнуться, вывернуться, но прочная, капроновая веревка только сильнее впивается ему в руки, в ноги, еще два удара, кусает меня за ладонь, не больно, мне не больно, а ему, очень даже, но не смертельно, я знаю, куда нужно ударить, чтобы жить, знаю, ведь я - будущий врач, хирург, травматолог, я ещё не решил, пока не решил.
Он обмяк, бедняга, не выдержал, я знаю, не легко. Приклеиваю пластырь обратно, бью по щекам, он открывает глаза.
- Ну, как - бы с днём рождения. Извини, праздновать не останусь, но гостей вызову, и перестань реветь, я же ведь дурной, маньяк, могу передумать в секунду.

- Алё, скорая? Я это, сообщить хочу, здесь на кладбище кто - то человека зарезал, но он вроде ещё жив. Я нет, что вы, я студент, мимо просто проходил, ну вы это, приезжайте Большеохтинское кладбище, от главного входа метров сто вперед и направо, как меня зовут, да вы знаете, шок у меня, я что - то и не помню. - Я нажал отбой, вытащил аккумулятор, выбросил сим - карту и побежал подальше от этого места, моё охотничье угодье было потеряно, пора подумать о новом, может быть Митрофаниевское, или Громовское, я вроде читал что - то про них, это где - то в стороне Балтийского вокзала, нужно будет выбрать время, съездить, посмотреть что там и к чему.

В Ночь: Часть вторая

Весна пришла, притащив за собой холодные ночи. Казалось бы, звучит как то не слишком логично, однако, уверяю вас, всё так и есть. Просто я переоделся. На смену тёплой куртке, тёплым сапогам, пришли толстовка с капюшоном, да кроссовки и теперь я начал понимать, что по ночам бывает довольно таки прохладно. Ну, что раньше, закутался в куртку, шапка на глаза, сапоги никакой мороз не проберёт, вроде как и не обращаешь внимания на какой то там холод или мороз, а теперь, тут ветер дует, там минус пять градусов, здесь остановился, и сразу ногам холодно. Да ну её к чёрту эту весну, одни сплошные неприятности, это я ещё не начал жаловаться на то, что тёмные ночи начали стремительно укорачиваться, да я как представлю, что скоро их вообще не будет, страшно становится, нормальный такой вариант, что днём пошёл охотится на людей, что ночью, одна фигня, везде светло. Я выглянул в окно, начало седьмого, а уже светло, утро ещё даже не началось, а уже светло, одно сплошное разочарование. Я взял бумажный лист и провёл но нему остриём ножа, с чуть слышным шорохом нож разрезал его на две части. Ну всё, нормально, ночные дела подошли к своему завершению, пора было собираться на работу, а что поделаешь, будь ты хоть трижды известный и очень знаменитый маньяк, а кушать и пить что то нужно, за телефон платить, за интернет, за квартиру, в конце то концов, вот и приходится, исправно трудится, время от времени мечтая, что когда ни будь на улицах моего города откроются пункты приёма человеческого мяса.

Я сидел на диване и читал газету. Хотя, "сидел" это как то слишком громко сказано, да и про газету я тоже малость перестарался. На самом деле я валялся на диване, в огромном ворохе газет, с полу разрядившимся планшетом в руках, и стеклянными глазами буравил небольшую трещинку в потолке. Я был в шоке, я был растерян, я ничего не понимал и это малость меня пугало, то, что я параноик я знал, то, что перестраховываюсь, я знал тоже, но что мне делать сейчас, вот этого я не знал, моих догадок не хватало, чтобы ответить на некоторые вопросы, мне казалось, что это могут сделать газеты, и я специально сегодня утром прошелся по газетным киоскам, скупив все газеты, которые печатали в моём городе, но нет, газеты молчали, все они кричали о разном, о всём, чём угодно, но только не то, что хотелось услышать мне, молчал так же и интернет, совершенно пусто, не на одном портале, не в одной новостной ленте, нигде, ничего, тишина. Про телевидение и радио я уже молчу, телевизор я выключил уже давно, там кроме рекламы и идиотских сериалов не было ничего стоящего, а радио у меня и не было. Я поднялся, слепил из газет некое подобие шара и яростно пнул его ногой, я всё ещё не мог понять как, зачем и почему меня до сих пор никто не заметил, меня, самого... Я осёкся, не подумал что то о том, как можно было бы меня назвать, да сейчас это было и не важно. Я закрыл глаза, четыре трупа, пока их было немного и я помнил их всех... 

Первый, какой то сильно выпивший мужичишка, он стал мне уроком, уроком того, что не нужно убивать, а потом нести, в тот день я испачкался в крови весь, с головы до ног, и ещё придумал десяток новых, матных слов. Второй, по моему тоже не сильно трезвый, электрошокер, который я купил, как то не слишком хорошо на него действовал, тогда я понял, шокер - шокером, а подстраховаться стоит. Третий, моя первая, серьезная жертва, здоровенный детина, новый электрошокер не подвел, но для себя я тогда отметил, что лучше побродить по улицам немного подольше, но найти того, кого будет полегче нести, а ещё нужно их дополнительно связывать, а то этот начал бузить и возмущаться ещё на пол пути. Четвёртый, это был мой идеал, домашнее задание, работа над ошибками, с него можно было начинать отсчёт, забыв всех остальных, да немного попозже так и будет, как только их количество перевалит за десяток - другой. Пятого я в расчёт не брал, я подарил ему жизнь, позже я спрашивал себя, зачем, и очень быстро нашёл ответ, который меня устроил, да просто так, я с ними играю, я решаю, кто умрёт, а кто будет жить, только я один. Всё? На сегодня да, всё. Но, разве этого мало, разве четыре мёртвых человека это не происшествие, разве об этом не должны были написать в газетах, в интернете, показать по телевидению и рассказать по радио? Видимо нет, не должны, газеты заняты чем то другим, какой то алкаш убил свою жену, трамвай переехал собаку, депутату кинули в окно камнем, пенсионерка упала в открытый люк, а на взрослой улице в очередной раз подмыло асфальт и в образовавшуюся яму угодила маршрутка, с водителем, совершенно не говорившим на русском. Меня так и подмывало сказать "А на кладбищах нашего города всё спокойно!". Я снова плюхнулся на диван, я успокоился, теперь нужно собраться, нужно не спеша всё обдумать, отныне не одного необдуманного поступка, будем переходить на другой уровень.

Интересно, а как это, когда обещаешь себе, быть осторожным и не делать глупостей и не совершать необдуманных поступков, и тут же нарушать данное обещание? Да никак, отвечу я вам, мир не изменился, солнце не погасло, вода по прежнему жидкая и даже троллейбусы, как ездили раньше, так и продолжают ездить. Хотя конечно я был не прав, я прекрасно понимал, что рискую, рискую не чем то там «эфемерным», а собой, лично. И что я!? Да ничего, купил букет цветов, оделся в какую то ерунду и поехал на кладбище, да - да, на то самое кладбище, припоминая по дороге, что во всех книгах, во всех фильмах, всегда делают акцент на том, что преступник возвращается на место преступления, он обязательно вернётся и его обязательно поймают, так было в книгах, так было в фильмах, как это будет в жизни, а кто же его знает, совсем скоро я и намеревался это проверить. Троллейбус, на котором я ехал, притормозил перед светофором, странный такой светофор, в любое время, когда бы я тут не проезжал, всегда горел красный, может быть это было предостережение, хотя нет, вряд ли, ведь раньше то всё проходило удачно, может быть и в этот раз тоже, всё будет хорошо. Я придержал букет цветов, четыре белые розы, почему то мне захотелось именно белых, хотя, в другое время я выбрал бы алые, тёмно алые, почти чёрные, мне они нравились больше. Последний поворот, последняя остановка, троллейбус почти пустой, как то я чуть было не проехал, водитель решил не останавливаться на пустой остановке, а желающих выйти в салоне не было, позже я понял, это хорошо, выйти на остановку позже, чуть меньше внимания, чуть больше времени на принятие решения, сегодня мне это было не нужно и я заранее встал к дверям. День, яркое солнце, чуть прохладный ветерок, голубое небо без единого облачка и кресты, множество крестов, самых разных, больших, маленьких, из дерева, из камня или на камне. День, в это время кладбище не кажется чем то унылым, оно живёт, ходят люди, бабушки на входе продают разную дребедень, искусственные цветы, ленточки, свечки и подставки для них, с наступлением темноты всего этого не станет, но сейчас, здесь, среди множества мёртвых тел, пока кипит жизнь.

Тьма и мрак, запах смерти и приступы страха, реки крови и предсмертные крики. Но, только не сейчас. Я прошёл через калитку в небольшом железном заборе, интересно, для чего он нужен, этот заборчик, со стороны живых его смогла бы перепрыгнуть даже кошка, не особо при этом себя утруждая, а со стороны мёртвых, да вряд ли с той стороны была какая то необходимость в заборах, мне ещё не приходилось слышать историй о том, как с какого то кладбища убежал покойник, хотя, сама по себе новость выглядела бы весьма забавной. Нет, заборчик стоял тут просто так, как символическое разделение нашего мира на две части, мир здесь, и мир там. Сейчас я пробирался по территории "Мира там", конечно слово "Пробирался" я старательно подобрал из набора более десятка матерных словечек, и тех, что попроще. Я прыгал с каких то кочек на кочки, петлял мимо могил, несколько раз чуть не угодил с яму с водой, и странно, что не угодил, этих ям тут было... В общем тут была всего одна яма, наполненная водой, а из воды торчали кочки, могильные оградки, кусты, кресты да деревья. Интересно, я ведь совсем недавно здесь был, правда ночью, как я умудрился всего этого не заметить. Этот вопрос остался висеть в воздухе, так как я собственно говоря пришёл, останавливаться я конечно не собирался и старательно прыгая мимо луж, грязи и скользких камней я двинулся дальше, не забыв оглядеться по сторонам. А ничего необычного, пугающего и страшного не было, могильная оградка стояла на своём месте, огромная плита из какого то чёрного камня, как лежала, так и продолжала лежать, на плите правда спал кот, весь из себя такой белый, лишь с чёрными пятнами на спине, ну очень похожими на маленькие крылышки, и всё, как поётся в одной песне, дальше тишина. Троллейбус чуть дёрнулся и остановился, светофор горел рубиново - красным. Настроения у меня никакого не было, и дело даже не в мокрых ногах, грязных джинсах и не менее грязных кроссовках, просто я чего - то не понимал, и вот именно из за этого небольшого "Чего - то" настроения и не было. Нет, я не собирался возвращаться обратно на кладбище и что — то, кому — то, доказывать, в мистику я тоже как то не верил, так не бывает в нашей жизни, трупы не исчезают бесследно, даже с кладбища. Да и вообще, пора бы уже сделать перерыв, тем более всего через пару месяцев мне подавать документы в универ, а мне ещё нужно подтянуть физику, а потом экзамены и все, я будущий эскулап, лекарь, хилер, шарлатан, лепила, коновал. Всё остальное уже осенью, лето пролетит, не успеешь даже глазом моргнуть. Рубиновый глаз светофора сменился янтарным, а потом изумрудным. Я ехал домой, чай, печеньки, сухие носки и никаких луж. Да нормальное у меня настроение, это просто на миг показалось, что всё так плохо, всего лишь на миг.

Я спал. Точнее, мне бы очень хотелось, чтоб так оно и было, я пораньше выключил ноутбук, помылся и лёг, завтра с утра начнётся нелёгкий день и мне хотелось как минимум не клевать носом, не засыпать на ходу, да и вообще, быть бодрым и готовым к каким то действиям, которые возможно мне понадобятся, но сон не приходил, десятки всевозможных причин не давали мне уснуть, десятки реальных и надуманных препятствий, которые я должен пройти по "Дороге в сон". Под одеялом, уже буквально через минуту становилось жарко, но стоило только его скинуть, как становилось неприятно - прохладно, подушки, то слишком жесткие, то слишком мягкие, как не крутись, как не устраивайся поудобнее, а всё равно всегда плохо, тишины тоже не было, точнее говоря, она была, местами, иногда вдруг взрываясь работающим у соседей телевизором, плачущим ребёнком, проезжающей под окном машиной, шелестом листьев, ветром и маятником часов на стене, я как то раньше и не обращал на них никакого внимания, ну, время и есть время, а они оказываются ещё и тикают. Почему то сегодня сон был против меня, странно, почему именно сегодня, раньше мы с ним вполне ладили, но что сейчас, нервы, переживания, страх. Да, наверное, бывают такие особенные дни, которые не дают успокоится после, или не дают покоя до, первый раз в первый класс, экзамены, последний звонок, первый поцелуй, выпускной, первая смерть твоими руками, ну и прочие дни, к которым готовишься и которые вспоминаешь потом, уже после того, как они пройдут. Завтра такой день? Да. Завтра такой день! Снова экзамены, снова переживать и волноваться, но откуда волнение сейчас, я ведь готов, я готовился и знаю, что я сильнее, я готовился и знаю, что мне не может ничего угрожать, я пройду, я попаду, я буду учится там, где я хочу. Тогда почему сон не приходит ко мне, о чём думает моё подсознание, о каких то мелочах не из этой жизни, о чём то серьёзном, чего мне стоит опасаться, я где то совершил ошибку, какая то мелочь может привести ко мне. Резкий звук будильника заставляет открыть глаза, половина седьмого утра, я не понимаю, трясу головой, моргаю, смотрю снова, нет, всё правильно, половина седьмого утра, и даже часы на стене, те самые, что тикают, не дают усомнится, ночь уже прошла, пришло время вставать, а я вроде как ещё и не ложился. Я ткнул пальцем в подушку, подушка как подушка, такая же как вчера, сегодня, завтра. Я потянулся и свесив ноги с дивана, попал прямо в тапочки, начинается новый день, знаковый для одного простого человечка.

Лес успокаивал, тем более, если этот лес вот - вот готовился погрузится во тьму. Солнце ещё не ушло, оно цеплялось за макушки деревьев, но это не на долго, остались какие то считанные минуты и всё, можно с уверенностью сказать, что этот день подошел к своему завершению, а ещё через несколько часов можно сказать, что этот день закончился. Я лежал на земле, просто лежал и смотрел вверх, туда, где между сосновых и еловых веток ещё можно было разглядеть небо, голубое - голубое, позже его уже не будет видно, нет, конечно - же оно конечно никуда не денется, так же как никуда не денусь и я. Просто оно станет тёмным, точно таким же, как и я, так же, как ветви и лапы деревьев, и тогда уже будет не понять, где оно там, наше голубое небо. Я не случайно выбрал это время и это место, ночь, что может быть спокойнее в этой жизни, лес, что может быть лучшим местом для завершения этого дня. Мне нужно было отдохнуть, очень многое обдумать, решить для себя, что делать дальше и может быть дать себе ответы на какие то вопросы. Надвигающаяся ночь должна была мне в этом помочь, мне конечно приходило в голову, что я слишком многое хочу успеть за одну короткую ночь, но с другой стороны, не последняя же это ночь, впереди их ещё сотни, а если хорошо постараться, то и многие тысячи. Я достал мобильник и посмотрел на часы, начало двенадцатого, нет, не возможно назвать ночью то, что называется ночью летом, это слабое подобие, отголосок, эхо настоящей ночи, когда тьма настолько густая, что не знаешь, куда идёшь, и не видишь ничего уже в метре от себя. Я выключил телефон, достал из кармана плеер, ключи от квартиры, брелок с флэшкой, паспорт, кошелёк, всё это сложил в пакет и положил возле какого то большого дерева, на сучок которого я повязал свой носовой платок, чтоб не забыть, где я оставил своё "добро". Всё, сейчас должно случится маленькое чудо, один день должен сменится другим, точно таким же, но другим, новым, молодым, ещё не написанным в человеческой истории. Я улёгся поудобнее и принялся ждать, мне не хотелось упустить этот момент, а я точно знал, что я смогу это увидеть, в тот самый миг, когда стрелки всех часов замрут на цифре двенадцать, а все электронные часы остановятся на отметке ноль: ноль: ноль...